Праздник весеннего равноденствия. Обряд ведения козы
Всегда на Руси рождение большого количества детей было спасением своего потомства, потому что половина или даже больше умирало от травм и болезней. Но, за счет того, что много рождалось, население росло. Не случайно распространенным на Руси был празднично-театральный обряд ведения козла, символ и похотливости и плодовитости. Он приходился на день зимнего солнцестояния, Рождества Солнца-младенца Коляды (21-22 декабря), который от нас давно ушёл в забвение из-за множества запретов власти и духовенства тех времен …. . Внешне образ козла больше всего похож изо всех домашних животных на властного бородатого мужика с характером (бодается, пугает)…Борода всегда была признаком мужской силы и важности .
А еще был на Руси дохристианской обряд ведения козы, символ плодородия и урожая не только Земли-кормилицы, но и всей Природы. Засуха, заморозки, град и, как следствие — неурожаи… обычное явление. От голода умирали целые народы…И козы выручали, дети росли на козьем молоке.
В русском народе, коза как культовое животное, считалась символом плодородия и достатка. Козе и козлу приписывалось происхождение от самого черта и сопутствующие тому свойства, защищающие, как оберег, домашний скот от падежа , сглазу , чар и болезней . Считалось, что коза на дворе не позволит ведьме или колдуну, отнять молоко у коровы или сглазить его, как и саму козу. Целью обряда было привлечения урожая в грядущий сезон.
Пелась песня :
«Где коза ходит, там жито родит,
где коза рогом — там жито стогом,
где коза хвостом — там жито кустом» .
Козу, разыгрывая представление, вел и сопровождал выбранный козовод или сама хозяйка. Коза кланялась народу, затем пританцовывала и дерзко задиралась к молодым девушкам, обступавшим её, ласкалась к малым деткам, затем же, как правило, она «умирала». Её безуспешно лечили, и лишь получив кусок сала, она «воскрешалась». Обряд был распространен на Руси в селах, поселениях, посадах, деревнях и символизировал возрождение природы и новой жизни .
Сейчас капризы погоды прогнозируются. А неурожаи, хотя и бывают, но это уже не такое бедствие, как раньше в далекие времена. И все же старинные русские обряды нам нужны теперь уже по другой причине — духовной. Они выходят из забвения в виде этнографических праздников , в которых участвует не один человек, а целый, коллектив, народ. Такие коллективные процессы нужны людям для веры и смысла жить «на всю катушку», для глубокого осознания действа-события, для ощущения, что что-то в этой жизни есть помимо видимого, помимо будней, помимо быта…
Это важно еще и потому, что в обществе стремительно нарастает атомизация, процесс разобщения людей, о котором еще в 1897 году в своей работе «Самоубийство» впервые сказал философ, основатель французской социологической школы Эмиль Дюркгейм (1858 -1917). В XIX веке миллионы людей во всем мире, рассчитывая только на себя, стали покидать свои родные места в поисках лучшей жизни, переезжая в другие города, другие страны, другие континенты. Это привело к ощущению людьми одиночества и неполноты жизни, к массовому распаду социальных связей и разобщению людей.
В 30 годы ХХ века началось уже настоящее массовое переселение из деревень в города и последующее расселение коммуналок , что тоже способствует разобщению людей, развитию индивидуализма, что особенно ярко проявляется в общении, когда люди невольно скатываются на противоположные точки зрения и готовы их отстаивать уже просто из эгоизма, отбрасывая всякий здравый смысл..
И наконец, недавнее появление компьютерных сетей, виртуального мира, дающих лишь иллюзию коллективизма, усугубило все эти проблемы. Ослабление связей между людьми, их зависимости друг от друга (это на заре человечества как раз его и сформировало), сейчас убивает чувство общности, социальное коллективное бессознательное начало в человеке, а с ним и не много не мало, как вкус к жизни.
А изобретение телефона, а затем и интернета постепенно свело на нет непосредственную магию общения мужчины и женщины. Ее убили исчезновение чувства ответственности, право на хамство и возможность в любой момент прервать общение. Не надо никуда ехать ради женщины за тридевять земель, простаивать под балконом, распевая серенады. Некоторые философы даже считают, что именно обновляемая ежедневно техника связи постепенно стала стирать грани между мужчиной и женщиной, так что появление бесполого третьего пола стало уже печальным финалом.
Но коллективное бессознательное чувство единения людей возникает не только, когда люди собираются вместе. Важно, чтобы это было бескорыстно, без мыслей о какой-то личной пользе. Тогда в нас включаются духовные центры, и мы чувствуем, что за этой жизнью, которой мы живем, есть что-то еще. А, поскольку коллективных и тем более бескорыстных собраний в жизни каждого из нас все меньше, а потребность в духовном единении остается, то неудивительно, что сейчас все большую популярность приобретает движение волонтеров, когда человек согласен бесплатно и бескорыстно кому-то помогать.
В искусстве атомизация отразилась таким образом, что в живописи, например, появляется все больше современных картин, где герой изображен один, со своими мыслями, решающий свои проблемы. Но и на многоплановых картинах, где много действующих лиц, все они, если даже объединены какой-то одной идеей или каким-то общим делом, то все равно выглядят обособленно, между ними нет общения, каждый живет на картине как бы сам по себе…
У нас в стране с отказом от коммунизма и социализма коллективное бессознательное включается все реже, а индивидуальное сознательное все чаще. Техника и комфорт позволяют уже работать дома и беречь себя, любимого, а приличная зарплата (особенно в иностранных компаниях) позволяет все больше ни от кого не зависеть. А раз так, то и коллектив не нужен. А без коллектива нет ощущения цикличности жизни от рождения до смерти и от смерти до рождения, Праздники-обряды в коллективе как раз и создают ощущение цикличности жизни, ее непрерывности, преемственности поколений и культур. То есть, только собравшись вместе и делая что-то сообща, люди могут в какой-то момент вдруг почувствовать, что жизнь объемнее чем кажется и в ней есть нечто, что придает всему высокий смысл. В одиночестве это не почувствуешь.
Поэтому совсем недавно этнографы задумались, как привлечь внимание людей к этнокультуре, требующей скопления людей на праздниках-обрядах, фольклорных фестивалях, днях народного творчества. Главным праздником определили всемирно отмечаемый 17 июля День этнографа. У нас он теперь будет называться Единый день фольклора, а праздноваться будет также 17 июля и проходить по всей стране, не только в крупных городах, но и в традиционно известных фольклорных центрах: Ярославле, Юрьеве в поле, Вологде, Рязани, Старице, Городце. Кроме этого разработали целую программу, основанную на трех лозунгах: время традиций, сила традиций, мода на традиции. Параллельно сейчас в Комитете по культуре Госдумы обсуждается Закон о нематериальном культурном наследии, в котором перечислены все известные виды фольклора, в том числе и коллективные, и намечены пути их развития.
Человечество создавалось (все больше ученых склоняются к мысли, что человек это не вершина эволюции природы, а искусственно запущенный эксперимент) с расчетом на коллективную магию, на священнодействие, на поклонение, на благодарение.. Поэтому магические обряды были у всех народов. И то, что люди перестают проводить обряды, поклоняться и преклоняться, перестают священнодействовать, перестают собираться в коллективы (на разного масштаба праздники — от прихода гостей до шествия на 1 или 9 мая), может привести к прерыванию эксперимента, то есть к гибели человечества.
Не говоря уже о том, во что мы превращаемся… Вместо живых кур выращиваем бройлеров, которые вообще не живут, а только потребляют. И как бройлеров, уже держим в стойле коров, которые при такой жизни живут по семь лет, и сразу на убой. И такая бесчеловечность от того, что мы стали не жить, а потреблять, а весь мир — подгонять под свое потребление.
То есть процесс атомизации или разобщения людей может остановить или хотя бы замедлить только возрождение наших традиций.
Это:
- совместные обряды-праздники,
- коллективные ( официальные или частные) собрания,
- шествия( организованные или самодельные ),
- хождение друг к другу в гости.
Это и делается уже, хотя пока еще слабо. Например, в Москве возрождается старинный обычай приглашать друг друга в гости на варенье, делиться рецептами, пробовать варенье, общаться.. Он сейчас называется «Московское варенье. Возвращение легенды,» и в программе все направлено на вовлечение людей в коллектив, в совместные обряды приготовления разных варений, мастер-классы, разные конкурсы с коллективным пением и танцами.
Художник Юрий Сергеев своими картинами как раз и пытается остановить процесс разобщения людей. Восстанавливая утраченные старинные обряды наших предков, он возвращает в нашу жизнь коллективное бессознательное начало, пробуждающееся в каждом из нас только в коллективе. Отсюда его картины «Волхв», «Праздник урожая», «День сына», «Матушкин совет», » К зятю. Покров день», «Рождество Солнца», «Куда иголка, туда и нитка», «Предвестница новостей».
И вот новая картина — «Праздник весеннего равноденствия. Обряд ведения козы».
Это древний славянский праздник-обряд ведения козы. А еще праздник весеннего равноденствия. А еще это праздник Солнца-спасителя . Не случайно на картине юноша на коне, символ нарождающегося Солнца. И в то же время это день земледельческой обрядовой магии, ушедший в забвение , как ритуал .
Как ещё действующий фрагмент, от этого древнего обряда остался праздник Масленицы. То есть и рождение и смерть одновременно. Как и в обрядах инициации, где конец прежней жизни — это начало новой. Так и тут Масленица — это похороны Зимы и одновременно рождение Весны…
Празднуется как раз 22 марта , как день весеннего равноденствия и Новолетия.
Но, если в день зимнего солнцестояния ( в Рождество Солнца — младенца Коляды , на руках Матери земли — кормилицы ) солнышко надо было вкатывать в гору, совершая особый ритуал, толкать вверх, помогая ему взойти, то сейчас в день весеннего равноденствия ( праздника Солнца Ярилы — юноши ) его надо уже скатывать с горы по обычаю , чтобы оно быстрее скатилось и растопило все снега в оврагах. Поэтому здесь Солнце-колесо на коне везет парень (в центре справа).
Картина, если смотреть ее слева направо, начинается с березовой поленницы, с шапкой снега и сосулек , освещенных весенним солнцем, и деревянного «козлика», прислоненного к поленнице, для заготовки дров…
Здесь же веточки с ленточками из тряпочек-желаний, узелков на счастье, завязанных молодежью .
Ветки с обрядовыми птичками-печеньем.
Ритуальный мешок с подарками, по обычаю собранными при хождении по домам молодежи, получающей за пение песен-веснянок подарки: птички, блины, пироги и прочую снедь..
Мешок несут две кричащие девицы-близняшки. Ответственные за этот мешок и обрядовые ветки при движении в шествии, они бы так и шли, но упала козовод-баба Маня и тем их озадачила — шествие сбилось и скомкалось. Ну и они орать: «что-то не так пошло в обряде…» Как куры закудахтали и другие девицы шествия, опозорились перед старшими (справа) и дома получат нагоняй, так как знают, что это нехорошая примета, когда все пошло не так.
В целом это праздник веселья, народного ликования, радости выживания и спасения в стране обилия снега и зимнего сна, всего живого и кормящего. Праздник и обряд народного гуляния по традиции предков, заведенной сотни веков когда-то и сохранившийся вопреки всему и сейчас…Картина пестрая, цветная, в образе праздника встречи Весны и гибели Зимы-Мары.
Дети — участники праздника, бегающие, кричащие, скачущие, «бесящиеся», сопротивляющиеся воспитанию в них смирения , скромности и терпения. Гул, гомон, кипучее веселье, предвкушение долгожданных праздничных обрядовых лакомств…
Тут и там обрядовые птички из теста и дерева, фигурки птиц, символ встречи 40 видов весенних птиц , крестьянских помощников в повышении урожайности на полях и огородах..
Мальчик, собаки, девочки, все орут, кричат, активно увлечены театром-действием праздника, шествием и церемонией сельского театра. Все одеты в праздничные одежды в ежегодном сельском празднестве, с заплатками и дырками, на которые не обращаешь внимание….
Все — не только участники, но и зеваки-зрители обрядового зрелища.
Это:
люди села, у каждого своя большая или маленькая роль в этом коллективном праздничном событии-магии,
куры на заборе – признак и народная примета пришедшей Весны,
грачи, долгожданные гости-вестники Весны , успели прилететь на «праздник-грачевник»
попы местного прихода, критически следящие за действом ,
собаки, своим подгавкиванием умножающие шумовую палитру,
весеннее небо — купол сельского театра,
гнезда-дома, как оплот устойчивости,
снег утоптанный и еще нерастаявший — символ Зимы, ее силы и власти ,
деревья, ветки, поленница – тоже «зрители-зеваки» и участники церемонии-встречи Весны и изгнания Зимы,
птички-печенья — обрядовые украшения театра-праздника,
«бревенчатый козел» для дров — невзрачный, но важный деревянный участник-наблюдатель,
снеговик –актер, таящий и уже бессильный помощник Зимы, напоминает недавнюю лютую стужу и трескучие морозы,
скворечник-актер — веселый дом-подарок прилетающим гостям из других неведомых миров. Скворечник – это начало весны и символ ее прихода , Новолетья, Нового года на Руси. И несет его мальчик,
другой мальчишка несет веточку весеннего деревца с навязанными на ней зелеными тряпочками-листочками, ускоряя приход весенней долгожданной зелени,
чугун, повязанный в цветастую праздничную шаль, наряженный в Бабу-Масленицу, который удерживает крестьянка-хохотушка, символ поминания блинами предков в этот день,
расторопный мужичок, ответственно и торжественно несет главный символ праздника — обрядовый шест с колесом «Солнца-спасителя», пылающий на фоне купола СВАРОГА небесного,
конь-солнце в руках у бабы, «смастеренный» из валенка, тоже на шесте, действующий персонаж в роли Ярилы, обрядовой куклы-лошадки.
ребенок на руках матери – символ всей беременной многодетной Руси,
зеваки-участники на Красной горе, словно зачарованные сказкой-магией, подкидывающие в небо от невиданного зрелища (театра-обряда в своем селе) шапки и варежки,
ребенок, втянутый в ритуал магии и приучаемый с малолетства, несет подарок птицам, за которыми будет следить и радоваться сделанному им доброму делу, обряд гостеприимства всех весенних птиц..
ряженый, пляшущий с мотающейся эротической морковкой в образе . Это этнотанец, народный, всем понятный …. С точки зрения церкви это: «Вихляние, козляние и хребтом колыхание, поганое зрелище и бесовство…» А на самом деле это русские народные, обрядовые , национальные , этнографические танцы. Женские и мужские, о чем они ? Понятно о чем.… Хотя сейчас уже, наверное, нет — стерты или искажены до забав и смеха дурачков…
А на самом деле о чем речь? Не только о будущем урожае, но и о воспроизводстве потомства . Это не хулиганство, не разврат, не похоть, а ритуал-оберег, защита от бесплодия и высокой детской смертности в семьях. Может с ним, с ряженым потанцуешь и притянешь спасение, зачатие, беременность, не случайно молодой парень, чей-то муж так отплясывает, не жалея ног ради ритуала–магии, а зрители справа не смеются, а сочувственно со строгими лицами следят за правильностью движений в танце. Они, как волхвы-наблюдатели , старшие Рода, принимают парад-шествие, изгнание Зимы из их села. Вспоминают, сколько не дожило до этого дня соседей и скота,и ряженый в маске, изображающий лютый мороз (волосы-сосульки на лице и на голове), сочувственно подплясывает, прямо-таки по-козлиному, искусно разыгрывая похотливый козлиный образ, второй ряженый в толпе справа держит куклу-чучело деревянного козла с чехлом-укрытием, для заигрывания с еще не рожавшими молодыми молодухами и девицами. Даже деревянный козел в его руках в роли старухи-Зимы, наклонясь в их сторону, кажется, подсказывает зрителю, о чем танец, и женщина с ребенком на руках, мысль о том же. Это символ Рожениц . Она — мать и, как Земля-кормилица, держит на руках народившееся Солнышко-Спасителя, старуха сморкается — образ Зимы строптивой, сопливой, морозной и все же уходящей, священник-старец (справа)… наблюдает народную стихию и силу первого быта наших предков . Наверное про себя обличая от не понимания мифологию местных племен и обычаев : «…жили в лесу молились колесу..», второй, критически оценивая «дьявольское» гульбище, страмит сие событие по писанию — напоминает о смирении страстей, обрядовый костер (справа у зрителей), его разжигали в честь встречи весеннего Солнца на горах , помогая солнцу растопить снега, здоровенный мужичище тянет санки с соломенной куклой Зимой-старухой Марой, выдворяя ее из села:«Вон пошла, Зима-МАРА !…», торжественно едет на коне выбранный из молодежи на роль Ярилы самый лучший и умелый пастух, знающий своего коня, как себя, образ Солнца, (подмененный потом Георгием-победоносцем), в обрядовом красном наряде. Он не боится испуга орущей и ликующей толпы. Возможно, он первый парень на деревне, пользующейся уважением у старших за свои знания и опыт… На эту роль дурака не посадят, процессия конь-солнце, запряженный в сани, везет всех желающих сельчан, семью ревностных поклонников этого обряда, на крышах-«коньках» видны кони-зрители , кони Солнца, Солнца – спасителя, птицы-грачи в гнездах — намек на человека, строящего свой дом-гнездо и свое благополучие. Как грач совершает свой обряд, так и человек, учащийся у грача, с горы катят ритуальное колесо-солнце, чтобы помочь Солнцу-Яриле скорее растопить глубокие снега в оврагах.. Тоже волшебство-ритуал, придуманный не одно столетие назад…В помощь народному шествию и успеху будущего урожая, а значит и выживания. Знают «как встретишь — так и получишь». Это магический Обряд коллективного (ведется всем селом) задабривания Природы». Зрители даже слегка напуганы — не случилось бы чего-нибудь по приметам , хотя все роли вроде бы раздаются проверенным и надежным сельчанам, знающим древние местные обычаи, молодежь села по ходу процессии поет обрядовые весенние песни, сочиненные неизвестно кем и сколько веков назад и посвященные приходу Весны и Рождеству нового народившегося Солнца, оплодотворяющего все живое после гибели и смерти властной Зимы-Мары, слева девушка на полотенце-обереге с солярной солнечной вышивкой бережно несет обрядовый каравай – символ достатка и сытости каждого дома, на лицах поющих — суть песнопений-гимнов и смысл слов-веснянок, обрядовые веточки с птичками, как украшение праздника, иллюстрируют встречу прилета птиц весны, агрономических наблюдений и примет погоды, а вдали оврага — горящее соломенное колесо-солнце, которое спускают с горы по обычаю этого села. Как говорили в старину: «Марья, растопи снега!», девушки сыплют зерно по пути праздничного шествия. Это ритуал освящения дороги и обращения к Земле-Матушке о помощи урожаю. Это символ множества, а также символ плодородия и козы, тоже роженицы, который закрепляется, задабривается, благодарится и освещается рассыпанием зерна…
Обсыпание хлебом – древнейший магический обряд, закрепляющий много всяких важных событий:
- рождение человека,
- становление юношей и девушек,
- свадьбы,
- новоселья,
- похорон…
Это как бы благословение зерном и задабривание Природы, которая сильнее человека…как благословение и освящение водой (окропление, как при соборовании перенятое христианством ),
Осыпают и упавшую не к хорошей примете козовода–тетку и ее козу. Это не юмор, а плохая примета, когда в ходе-шествии кто – то падает.…
Осыпают весь путь …и людей, и снаружи, и внутри жилищ, дворов, амбаров, кладовых, сараев, и дороги магического маршрута-шествия — все освящается……. Всё изучено опытом и приметами жизни в суровом мире выживания. И в магическом обряде-ритуале применяется весь набор задабривания природы.
Справа зеваки стоят, и там горит костер. Там по обряду после шествия-изгнания Зимы-смерти из села и сожжения ее чучела-тела будет обрядовая трапеза-тризна с весельями, плясками, играми, песнями и всеобщим разгулом. Обрядовая каша–кутья или похлебка, которую все должны попробовать. Приобщаться, как в тайной Вечере к крови и телу Христову. Церковь внедряясь в этнокультуры многие обряды переняла.
Слева купол маленькой часовни. Отсюда сельский батюшка, который обличающе следит за тем, как проходит неведомый ему по святым книгам праздник рядом с его храмом. И взывает: «Ах вы, нехристи, погодите, вот Бог-то вас накажет! Всем вам гореть в аду, зашли бы в храм, покаялись.».
Это обряд очищения села от зимней смерти и падежа скота от лютой Мары.. Обряд этот проводят, изгоняя Зиму-Мару из селения за границу своих полей, лугов, оврагов…Проходит обряд-шествие по трем главным улицам села, начиная от Красной горы и заканчивая полями за околицей. Участвует несколько сот человек. Дома очищены и внутри и снаружи накануне ….Коллективно вычищается и застоявшееся терпение… Почти выжили, но, нет уже кормов, берут солому с крыш.. Пение и страх и серьезность в лицах с надеждой выжить и дожить до первой зелени, обрядовые костры в честь встречи Солнца на самой высокой Красной горе . На ней и будут готовиться котлы с обрядовой едой и трапезой на снегу..
Вся картина залита солнцем, как яркая сцена театра-села, режиссером которого был когда-то волхв-хранитель.
Если вернуться к началу, к вопросу, ради чего эта картина…
К сожалению, многие уже не понимают своей национальности, своей этнической природы, не понимают, что такое этот праздник-обряд, что означают подобные действа-события. Художник рассказывает нам о глубине волшебства жизни, предлагает погружение в коллективное бессознательное, подключение к всемирной сети Вселенной , к Богу. Чудесный механизм природы, это как движение проводника в магнитном поле, которое наводит ток (об этом любой физик скажет). И возникает ощущение, что в этой жизни что-то есть.. На это волшебство, показывая обряды, и хочется обратить внимание зрителя.
Это как волшебство, как День победы, как шествие бессмертного полка из сотен тысяч людей, как полет Гагарина в космос, как спуск на воду большого корабля на судоверфи, то есть что-то выдающееся. Когда на этом самом спуске каждый слесарь, который делал заклепки, вдруг ощущает, что и его работа важна, что без нее ничего бы не было…То есть на таких праздниках люди чувствуют себя важными винтиками общей машины, частицами единого целого…
Когда люди сходятся вместе и все вместе переживают общий энтузиазм, гордость за страну, за свое село, за свой народ…Когда сразу по всей толпе идет ток включенной любви . Возникает как бы всеобщее подключение к всемирной сети космоса …И отдельные фрагменты, отдельные пазлы, соединяются и ощущаются, как общая картина…
Как все римские праздники, когда консулы возвращались из военных походов. Или уже в ХХ веке 57 тысяч пленных, специально привезенных в Москву в июле 1944 года, чтобы выставить их на военный парад, это тоже единение со всей страной и с всеобщей справедливостью…
Как сейчас каждый год на 9 мая движение бессмертного полка, шествие по улицам российских городов родственников и потомков павших воинов на полях Великой Отечественной.
И это — подключение к нашему общему родовому древу, к нашим предкам. Любое шествие или праздник, подключает участников к прошлому и к будущему, , соединяет прошлое, настоящее и будущее. Да что там…, время вообще исчезает. Единение людей снимает вопрос времени.
Это как модель мирового океана Солярис, по которому ходят волны и соединяются времена!!!…
Вообще шествие, как явление, как событие, охватывает всю историю человечества. В Древнем Египте выезд фараона. Все стоят и каждый как фараон. Все одно целое…
Или в древнем Риме какой-то консул, Антоний или Гней Помпей, возвращается с победой из похода в Галлию или в Британию, ему открывают ворота, и все войско вступает в город, с захваченными трофеями и тысячами захваченных пленных. А жители стоят вдоль дороги и приветствуют победителей..
Или Брежнев въезжает в Москву с прилетевшим к нам президентом США Никсоном. А вдоль дороги граждане, машут руками.
Или Гагарин, когда он объезжал мир… Каждый хотел на него посмотреть и до него дотронуться.
Или в эпоху Гитлера огромные шествия, заканчивавшиеся его выступлениями. Типичный праздник-обряд.
А в армии… строем в баню, строем в столовую, строем на занятия по строевой. Общее движение, все поют, восторг от слаженности, от мощности единого существа. Обряд — это продуманный и отлаженный спектакль . В армии запевай на все случаи жизни. Тоже обряд. Да и каждое действие оформлено уставом, с командами , с правилами. Тоже обряд.
А разные профессиональные клятвы… Например, клятва Гиппократа.
Или студенческий гимн «Гаудеамус игитур..»
Или маленькие повсеместные обряды, которые везде и всегда. В науке, например, завлаб говорит: «Сегодня будем наблюдать как две молекулы схлестнутся. Прошу всех собраться у меня в лаборатории.»
И такие обряды, воспламенение коллективного начала надо показывать, надо привлекать к ним внимание. Воспитывать на разговоре о них молодежь.
Кто-то может сказать: «А зачем показываете одно и то же? Это же самые обычные действия людей.»:
Да, обычные. И в то же время необычные. Потому что обряд — основа жизни.
Все обряды создавались только для того чтоб защититься.
Поэтому вся жизнь, замечаем мы это или нет, состоит из повторов-обрядов, и на них все держится. Энергетика жизни, дающая ощущение, что в этой жизни что-то есть..