Венецианский поцелуй
Картина-открытие.
«Если хотите поцеловаться на мосту поцелуев и испытать то, что переживали 700 лет назад Ромео и Джульетта, поезжайте в Венецию. Мост поцелуев вернет вам утраченную любовь или подарит новую».
Фраза звучит красиво, как сказка о спящей царевне, которую разбудил поцелуй принца. Они слышали, что в Венеции действительно есть мост поцелуев, и подобного нет нигде больше в мире. И почему бы не попробовать, разве Венеция – не город любви?
И они поехали, два наивных сердца, студент и студентка одного и того же ВУЗа (какая разница, какого?), которым родители в летние каникулы дали денег на романтическое путешествие в Венецию.
Путешествие действительно оказалось романтическим. Экскурсовод, миловидная итальянка, предки которой, по ее словам, восходили к самому великому Тициану Веччелио, похоже, в самом деле обладала художественным вкусом, потому что ее рассказы о Венеции были живописны и поэтичны.
«Присматривайтесь к деталям. — говорила она, когда их речной трамвайчик неторопливо свернул с Гранд-канала и заскользил по одной из водных улочек. — Здесь, как будто сами собой возникают особые места для поцелуев: изогнутые дугой мосты, причудливые гроты, увитые плющом балконы, ведущие в сады арки, украшенные цветами гондолы, кровати под балдахином, такие, на которых столетиями зачинали детей знатные венецианские сеньоры и их жены и любовницы. Неудивительно, что в первые моменты в голове у впервые приезжаюших в Венецию возникают любовные сцены. А, может быть, еще и потому, что кругом вода…Вообще сама по себе вода в силу своей глубины и текучести порождает ощущение тайны, а здесь, в атмосфере любви, она вызывает тайные любовные фантазии, запретные желания. Не правда ли, даже влажный коврик в плывущей мимо нас гондоле создает впечатление, будто и лодка изнемогает от любви?…
Здесь веками наслаивались любовные желания людей. И это тоже действует завораживающе. Из окон здесь улыбаются, а гондольеры из проплывающих мимо лодок приветливо машут нам рукой, кивают, готовые послать воздушный поцелуй…»
Потом она рассказывала туристам что-то из истории Венеции, например, о том, что в XVI веке на всю Европу прогремел процесс против куртизанки, любовниками которой была чуть ли не вся знать Венеции. И даже, несмотря на то, что осудить ее римский Папа специально прислал своего нунция, и этого добивались местные иезуиты, требовавшие сжечь красавицу, как ведьму, наверняка привлекавшую мужчин с помощью зелий и заклинаний, общественные нравы республики были таковы, что большинством голосов на большом совете куртизанка была оправдана. И судьи не решились на осуждение.
А еще о том, что одно время в Венеции на каждые двадцать тысяч жителей приходилось пять тысяч жриц любви. Опять же, потому что здесь такая атмосфера, такая архитектура красного, желтого и оранжевого цветов, построенная по законам любви. Это все равно, как если бы талантливый архитектор задался целью обустроить город, как один большой причудливый дом для любовных игр. Все для того, чтобы люди улыбались друг другу, смотрели друг другу в глаза, говорили комплименты, пели любовные песни, обнимались и целовались…
А когда общая экскурсия закончилась, и всем дали три часа свободного времени, эти двое отправились на поиски моста поцелуев. Все 369 мостов в Венеции необычные, каждый имеет имя и свою историю. Необычным оказался и этот – готически-мавританская арка с Богоматерью посередине, простирающей руки над двумя кольцами, как будто благословляющей союз двух сердец. К тому же мост находился на улице Парадизо (улице рая), а в раю царит любовь. Три барочных вензеля на своде моста – вера, надежда, любовь — символизировали развитие любви: вначале формируется идеал, в который мы верим, потом появляется надежда, а затем вспыхивает чувство. Понятно, почему и сам мост носил название Порто дель Парадизо (мост рая).
Теперь уже, наверное, никто уже не вспомнит, когда впервые здесь на подоконниках, нависающих над мостом домов, появились цветы. Хозяева домов, заметив, что здесь, на райском мосту, постоянно топчутся влюбленные, стали предлагать цветы прямо из окон. Конечно, молодой человек купил своей даме букетик роз, и вот они, обнявшись, стоят на знаменитом мосту и разговаривают.
Понятно, ему хотелось сразу приступить к поцелую, а еще лучше – к поцелуям, тем более, что для этого сюда специально и пришли – проверить мост на чудодейственность. Ей тоже этого хотелось…Но что-то мешало, может быть, вот это открытое окно, из которого в любой момент мог кто-то выглянуть…
И вот, когда они все-таки обнялись, чтобы поцеловаться, вдруг что-то произошло, что-то случилось с ними обоими. Она обняла его за шею руками, а он ее – за талию, они соприкоснулись щеками, и…их коснулась вечность. Поцелуй уже был просто не нужен. Они о нем забыли.
Бывает сближение животное, чувственное, когда хочется прикасаться, тереться друг о друга, ощущая нарастание поднимающегося снизу огня, в котором не страшно сгореть. Такое сближение похоже на пламя – оно суетно, лихорадочно, сверх подвижно, неуправляемо. А бывает сближение духовное, тонкое, когда сливаются души и все чисто, ясно, нежно и понятно без слов. А внешне оно похоже на сияние, на радугу, на тишину.
Уткнувшись носом в его плечо, она чувствовала себя маленькой девочкой, абсолютно защищенной, безгранично доверяющей ему. Эта нежность, эта нужность друг другу, эта Дева Мария, эти голуби, эти цветы на подоконниках…Все это было само по себе, порознь, а теперь вдруг слилось в одно целое. Неужели ради нее одной? Как это замечательно!
А он, желая поцелуя, думая о нем, теперь, когда она прильнула, вдруг почувствовал нечто более сильное и глубокое – ответственность за нее, отеческую нежность, желание оберегать, заботиться. Это было так необычно и в то же время так трогательно неожиданно для него самого…
Такой вот у них получился «венецианский поцелуй» на мосту поцелуев.
Кто-то скажет: а, может быть все проще, может быть, просто сыграла роль русская ментальность, наша исконно славянская природная стеснительность, смирение, привычка не открывать на людях свои чувства?
Может быть, и так, какая разница? Не важно в силу каких причин, но важно, что иногда неведомая сила вдруг сталкивает нас с одного, привычного уровня жизни, и поднимает на другой, более высокий. И тогда вдруг начинаешь понимать, что есть вещи, даже более ценные, чем наслаждение, рядом с которым только теплые или горячие цвета: розовый, оранжевый, красный, ярко-красный…А тут вспыхивает целая радуга ощущений: голубой, нежно-салатовый, карий, бежевый, сиреневый…И мелькает догадка, что именно вся эта палитра может помочь нам раскрыть себя полностью, реализовать свой потенциал на этой планете…
Между прочим, истинный смысл поцелуя – доверие. В каменном веке предшественником поцелуя было трение носом, лбом или щекой о нос, лоб или щеку. А потом это движение доверия и нежности перешло на более чувствительные губы, которые и должны были передать не грубое чувство, но тонкое и нежное. И девушки, когда целуют парней на прощанье, зачастую вначале делают это без сексуального желания, без страсти, просто из благодарности за симпатию, за внимание, за вечер, за то, что провожал, что-то рассказывал, старался развлечь, терпел капризы…
Откуда к нам пришли эти дикие конкурсы на продолжительность поцелуя, когда люди почти заглатывают, засасывают друг друга, как пылесосы, а окружающие хором считают: «Один! Два! Три!… Десять!… Двадцать пять!»? При этом губы вообще теряют чувствительность, а палитра души окрашивается в один полыхающий цвет – цвет стыда…